Обновления

Вся новая информация сайта по ссылке: http://yadi.sk/d/m2CldaZnKkheL

четверг, 18 августа 2011 г.

Неосознаваемый механизм выбора социального действия


Научно-исследовательский семинар «Когнитивно-антропологические и социологические проблемы изучения сознания» (15 апреля 2011 г. — 15 апреля 2011 г)


Неосознаваемый механизм выбора социального действия:
Колесникова Г.И.

Социальное действие, не зависимо от того носит оно внешний или внутренний характер, может быть классифицировано, исходя из  осознанности/неосознанности  его принятия личностью на два вида: осознаваемые и неосознаваемые социальные действия. Естественно, что и осознаваемые и неосознаваемые действия  основываются на принятии решении.  «Исходя из этого, данную позицию можно определить следующим образом: социальное взаимодействие осуществляется в большинстве случаев через языковую коммуникацию, и язык, наряду с другими символическими средствами, составляет первичные механизмы контроля, связанные с механизмами мотивации, внутренне присущими личности. Эти мотивационные механизмы включены в интенциальные лингвистические выражения, которые в свою очередь в соединении ведут (через восприятие их значения) к действию»[1]. Однако само понимание «осознаваемые» механизмы социального действия неоднозначно, поскольку может включать в себя а) сам процесс осознания социального действия в процессе выполнения, б) собственно осознание того на основании чего и как именно было принято то или иное решение о данном социальном действии.
Кроме того осознаваемые  социальные действия в определенном смысле могут быть сведены также к неосознаваемым, и их уместнее назвать «те, которые личность определяет как осознаваемые», поскольку предполагать осознание и действительно осознавать не одно и тоже. В полном смысле возможно говорить об осознании только относительно употребления этого понятия в первом значении, поскольку осознание того на основании чего и как именно было принято решение о том или ином социальном действии всегда будет иметь относительную степень достоверности, которую можно определить как «то, что личность думает или как объясняет на сознательном уровне причины данного социального действия». То есть, как только мы вступаем в зону того, что принято определять, как сознательное, начинается интерпретация, причем носящая именно социокультурный характер. Это объясняется тем, что базовой потребностью социально адаптированной личности является потребность «быть признанным по достоинству» и, следовательно, любое свое социальное действие она (личность) объясняет/ интерпретирует/осознает сквозь призму внедренных в ее сознание социокультурных норм, установок, ценностей. Таким образом, осознаваемые механизмы всегда социокультурно детерминированы. И это может являться косвенным доказательством того, что осознаваемые, во втором значении этого понятия, механизмы принятия социального действий имеют не только общее основание с неосознаваемыми, но это, по сути, один и тот же механизм, который, в зависимости от социального контекста, при ответе на вопрос «Почему я выбрал именно это действие?» получает приемлемое для личности объяснение на сознательном уровне. При этом учитываются мотивы, намерения, соотношение смысла и значения действия, восприятие ближайшим окружением, принадлежность к определённой социальной и профессиональной группам, соотнесение данного действия с системой норм и ценностей личности.
Каков же, как мы выяснили, этот неосознаваемый механизм выбора социального действия? К.Юнг [2] в бессознательном уровне личности выделяется подуровень – архетипический, принадлежащий коллективному бессознательному, с одной стороны, наиболее древний, а с другой, всеобщий. Архетипы как опыт человечества проявляют себя в структуре личности в виде «метафористических структур». С позиции М.Эвансу, они близки к архетипам, поскольку не осознаются индивидами и обеспечивают форму содержанию сознания. Отличает их от архетипов то, что они индивидуальны, приобретаются в онтогенезе и могут быть изменены. Индивидуальные метафористические структуры формируются всей культурой, предопределяя тип  мировосприятия и миропонимания. Л.И.Шрагина, рассматривая индивидуальные метафористические  структуры, трактует их как универсальный механизм семантических изменений. Д.Лакофф, М.Джонсон определяют их как своеобразные лингвистические гештальты проявляющие себя в повседневной жизни в языке, мышлении, действии. Склонность людей к фетишизации динамических свойств и отдельных качеств и является атавизмом, поддерживаемым архетипом каждого в отдельности Программы манихейского способа мышления хранятся в бессознательном и оказывают влияние на то, как люди относятся к близким, коллегам, на принятие решений. Таким образом, именно символы играют решающую роль при выборе социального действия, а не сознательный и осознаваемый личностный опыт: пока сознание личности занято обработкой информации, символы воздействуют на бессознательные уровни личности, состоящие из неосознаваемых установок, вытесненных невротических переживаний и, инициировав у личности  определенное эмоциональное состояние и мысли, предопределяют  выбор социального действия. Такое мощное воздействие символа объясняется тем, что он «логически не выводим ни из физически  составляющих  его элементов, ни из целого (если таковое есть), элементом которого ему случится быть» [3:32].. Таким образом, знаково-симолическое содержание воздействия определяется использованием 1, слов; 2, букв; 3,  символов; 4,  аналогичных средств для получения ин­формации об объекте или событии. Данное определение включает в себя такие составляющие понятия как семантика, указывающая значение слов и символов; синтаксис, указывающий на отношения взаимосвязи между используемыми символами; прагматика, раскрывающая результативность выбранной семантики и синтаксиса при достижении определенных целей коммуникации. Следовательно, сущность символов заключается в их посреднической функции между явлениями, их смыслом и образом ими порождаемыми, идеями, находящимися за пределами чувственного восприятия и отражением данных явлений действительности при их непосредственном воздей­ствии на органы чувств. Из этого следует, что символы различаются по сферам образования. Данный критерий возможно положить в основу классификационной системы символов. Полученная классификация символов по сфере их образования будет следующая: лингвистические, нелингвистические (цвет, звук, форма, положение в пространстве), интегративные (из соединения лингвистических и нелингвистических элементов). Главным лингвистическим символом является сам язык. Все остальные символы им порождаемые, по сути, являются трансформационной лингвистикой. В восьмидесятые годы данное направление активно изучал И.В.Смирнов [4], проводя закрытые исследования о влиянии на личность при помощи создания семантически насыщенных смысловых полей (психокоррекция как психотропное оружие), которые, создавая психосемантический резонанс возбуждали определенные очаги головного мозга. Основой взаимодействия символов являются ассоциативные связи, которые по своему характеру могут быть межкультуральные, культуральные, личностные. Таким образом, кодом доступа символов  лингвистических, нелингвистических, интегративных в результате воздействия которых на бессознательное личности осуществляется выбор социального действия, являются ассоциативные связи, которые по своему характеру могут быть межкультуральные, культуральные, личностные. Наибольшей властью обладают символы, связующие индивидуальное сознание с архетипическим слоем.
Исходя из выше сказанного механизм выбора социального действия возможно определить по матрице: 1, архетип, доминирующий в данной культуре (общество в целом); 2  доминирующая идея  мифа в культуре в зависимости от функций и сферы, которые миф выполняет в культуре (социальная страта); 3, индивидуальная  метафористическая структура, 4, доминирующие потребюности.
Таблица №1
Архетип доминирующий в данной культуре  (по Юнгу) (общество в целом)

Доминирующая идея
мифа в культуре в зависимости от функций и сферы, которые миф выполняет в культуре (социальная страта)
(культурологическая классификация мифов)
Индивидуальная метафористическая структура и
Доминирующие потребности (по Юнгу)


Правитель
Теогонические, повествующие о рождении богов

Власть

Статус, контроль
Герой
Космогонические, в которых рассказывается о создании мира

Победа

Профессионализм, предприимчивость
Мудрец
Космо­логические - мифы о строении мира
Осознание

Ум, структурирование информации, объективность
Искатель
Антропологи­ческие - мифы о сотворении человека
Найти

Поиск себя, развитие, открытие тайн, индивидуальность
Ребенок
Этиологи­ческие - мифы о происхождении природных объек­тов и предметов
Игра

Радость жизни, праздник, новые возможности
Любовник
Сотериологические - мифы о спа­сении человека
Любовь

Привлекательность, сексуальность, чувственность
Славный малый
Эсхатологические - мифы о конце света
Утешение

Верность, этичность, душевность
Хранитель
Присутствует во всех  мифах в разной степени
Сохранение

Комфорт, расслабление, покой

Список литературы:
1. Парсонс Т. О структуре социального действия. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Sociolog/pars/14.php Дата просмотра – 06.03.2011
2. Юнг К. Человек и его символы.   - М.: Университетская книга. -  1997.  -  438 с.
3. Мамардашвили М. К., Рятигорский А. М. Символ и сознание. Метафизические рассуждения о сознании, символике и языке.  М.: Наука. - 1997.  - 567 с.  - С.32.
4. Смирнов (Абакумов) И. В. Физиологические поля биологических объектов созданных семантическими смысловыми полями.  М.: Политиздат. -  1982. -  342 с.
Об авторе:
Колесникова Галина Ивановна – доктор философских наук, доцент кафедры связи с общественностью, Донского государственного технического университета.